Кто заслуживает прощения

Вчера из Чечни пришла сенсационная новость — один из лидеров боевиков, ближайший сподвижник Джохара Дудаева Султан Гелисханов, добровольно сдался правоохранительным органам. Как сообщили «Газете» в МВД Чечни, это стало возможным после переговоров с его родственниками. Султан Гелисханов занимал ключевые посты в руководстве самопровозглашенной республики Ичкерии и сыграл заметную роль в эскалации напряженности в республике в 90-е годы.

Страна вздрогнула

Он родился в 1955 году в Гудермесе. Его карьера складывалась достаточно удачно. Работал в местном автохозяйстве, был начальником колонны, а в 1981 году перешел на работу инспектором ГАИ. Закончил Ростовскую высшую школу милиции, дослужился до майора. Возглавлял ГАИ Гудермеса, был начальником местного отдела внутренних дел. По некоторым данным, его отстранили от должности по подозрению в причастности к громким грабежам на железной дороге. Якобы против него даже возбуждалось несколько уголовных дел.

Тогда же Гелисханов стал ярым сторонником независимости и лично Джохара Дудаева. В 1993 году в Чечне набрала силу пророссийская оппозиция, и Гелисханов боролся с ней. В апреле по приказу президента он организовал нападение на здание МВД республики, сотрудники которого поддержали оппозиционера Беслана Гантемирова. Дудаев высоко оценил Гелисханова и назначил министром внутренних дел, позже — начальником департамента общественного порядка, военным комендантом Ичкерии, а в сентябре 1993-го «полковник вооруженных сил Ичкерии» Гелисханов стал начальником департамента государственной безопасности (ДГБ) — одного из ключевых ведомств сепаратистов. Особенно новоявленный спецслужбист проявил себя при подавлении мятежа Руслана Лабазанова. Дело кончилось тем, что отрезанные головы трех «лабазановских» подручные Гелисханова положили на центральной площади Грозного. Россия вздрогнула от ужаса в первый раз.

С началом войны Гелисханов стал начальником особого отдела при министерстве обороны Ичкерии. В задачу этого подразделения входило физическое уничтожение российских военных и «национал-предателей» — перешедших на сторону федералов чеченцев. Правда, точных данных о совершенных людьми Гелисханова преступлениях не было. Однако по должности он курировал сеть зинданов для военнопленных и заложников в окрестностях села Старый Ачхой — страшного места, где сгинули сотни невинных людей, в том числе 17 ростовских энергетиков и двое православных священников. Когда подробности деятельности концлагеря стали достоянием общественности, Россия вздрогнула еще раз. Молва приписывала Гелисханову приказы о казнях заложников. Так или иначе, но он передал своему сменщику Абу Мовсаеву департамент с мрачной репутацией «чеченского гестапо».

Читайте также  Жизнь и смерть шестой роты

Что дальше

В отношении сдавшегося боевика возбуждено уголовное дело только по статье «участие в незаконных вооруженных формированиях». Как заявил вчера прокурор Чечни Валерий Кузнецов, сейчас проводятся оперативно-следственные мероприятия, и только по их окончании будет решен вопрос об ответственности Гелисханова (в зависимости от совершенного им) и его роли в руководстве экстремистов. Пока же, как пояснил Валерий Кузнецов, Гелисханов даже не арестован и находится на свободе.

Явка с повинной боевика такого ранга — явление нечастое. За последние годы милиции сдалось немало бывших экстремистов. Но из сдавшихся главарей можно вспомнить лишь «министра обороны» Магомеда Хамбиева и дудаевского начальника охраны Абу Арсанукаева.

Хамбиев сдался весной 2004 года — он был прощен и сейчас активно участвует в политической деятельности в Чечне. Дошло до того, что он вступил в СПС и стал вторым номером в партсписке на последних выборах.

Повторит ли его путь Гелисханов? Этого нельзя исключать в свете последних событий в Чечне и законодательных инициатив в рамках недавно ратифицированной Госдумой международной конвенции о борьбе с терроризмом. Законодатели внесли ряд поправок сверх нормы, предписанной конвенцией. Кроме обязательной конфискации имущества террористов, думцы предложили ввести заочные суды, осуществляющие свою деятельность без физического присутствия обвиняемого. Эта норма была отменена в России несколько лет назад как несоответствующая европейским правовым стандартам. Эксперты уже оценили нововведения как очередную попытку достать «лондонских беженцев» — Бориса Березовского и Ахмеда Закаева.

Точно оценить нововведения думцев — это чистая юриспруденция или столь же чистая политика — поможет судьба Султана Гелисханова. Дело в том, что одним из пунктов обвинения Ахмеда Закаева Генпрокуратура выдвигает организацию концлагерей в районе Старого Ачхоя. Между тем многочисленные свидетели, в том числе один из авторов этих строк, упорно утверждают, что командовавший в тот период «сектором в юго-восточном фронте сопротивления» Ахмед Завгаев не имел отношения к «контрразведывательной» деятельности сепаратистов. Скорее всего, это находилось в ведении ДГБ, который возглавлял Гелисханов.

Читайте также  «В повестке дня – тотальная война»

Судя по заявлениям прокурора Кузнецова, Султан Гелисханов чувствует себя спокойно. Вряд ли бы он сдался с таким послужным списком без гарантий всесильного нынче Рамзана Кадырова. Если бывший ичкерийский «комитетчик» получит хорошую должность в Чечне, вступит в федеральную партию или просто займется, скажем, нефтяным бизнесом — под флагом «национального примирения и согласия», — то все антитеррористические инициативы Госдумы окончательно будут девальвированы.

Юридическая защита иностранца во Франции